Омсква
Там за окном ветвятся вверх
чёрные проволочки веток.
Аквариум, а в нём гореть
удильщикам фонарным светом.
Высвечивается в чертах,
сквозит в деталях обсессивно:
"Какая всё же мутота
Твоя помытая Россия".
Зарплаты где-то в пару МРОТ
не хватит на другую обувь.
Я разеваю, будто рот,
свой тихий ненасытный омут,
который, как ноппэрапон
в глазах — в десятках узких дверец.
Демисезонный без шнурков
я заношу над почвой берец,
интеллигентшыной светя,
кажусь себе крутой и бравой
...и наступаю на себя,
хотя планировался гравий.
чёрные проволочки веток.
Аквариум, а в нём гореть
удильщикам фонарным светом.
Высвечивается в чертах,
сквозит в деталях обсессивно:
"Какая всё же мутота
Твоя помытая Россия".
Зарплаты где-то в пару МРОТ
не хватит на другую обувь.
Я разеваю, будто рот,
свой тихий ненасытный омут,
который, как ноппэрапон
в глазах — в десятках узких дверец.
Демисезонный без шнурков
я заношу над почвой берец,
интеллигентшыной светя,
кажусь себе крутой и бравой
...и наступаю на себя,
хотя планировался гравий.